Святость древней Полоцкой земли. О том, как вера христианская распространилась и утвердилась в Полоцке. Князья Изяслав и Брячислав

от незапамятных времен, овеянных седою стариною,

поставлен княжий град…

Однажды Божиих судеб преднареченьем

Белая Русь здесь приняла Крещенье,

И славен стал сей град…

О. Н.

Первое летописное упоминание о Полоцке, одном из старейших городов Руси, относится к 862 году[1], однако он, несомненно, возник на несколько столетий ранее, о чем свидетельствуют древнескандинавские саги. Находясь у слияния двух рек – Западной Двины и Полоты и имея благодаря проходившему здесь знаменитому торговому пути «из варяг в греки» удобное сообщение с Византией, Римом и Скандинавией, Полоцк успешно развивался. К началу X века он стал одним из значимых городов Европы. Христианство проникло в пределы Полоцкие задолго до общего Крещения Руси. Согласно преданию, занесенному в русские летописи, еще святой апостол Андрей Первозванный, проповедовавший Евангелие на берегах Черного моря и поставивший крест на горах Киевских, проследовал далее вверх по Днепру, затем пришел в Новгород. На обратном пути, возвращаясь в Рим, он посетил земли, составившие впоследствии Полоцкое княжество[2]. Существует мнение, что в IX веке в землю Полоцкую приходила с проповедью о Христе святая равноапостольная княгиня Ольга, и уже тогда здесь появились первые христианские общины. Однако, возобладав над язычеством, христианство распространилось и утвердилось в Полоцке во времена правления князя Изяслава, сына святого равноапостольного Владимира от Рогнеды[3]. Высокую похвалу этому князю как человеку и христианину содержит Никоновская летопись, которая сообщает, что он был «тих, и кроток, и смирен, и милостив, и любя зело и почитая священнический чин и иноческий, и прилежаше прочитанию божественных писаний[4]. Летописец указывает и на такие добродетели князя Изяслава, как милосердие, долготерпение, холодность к суетным наслаждениям мира. Став одним из первых проповедников Евангелия в своем Отечестве, Изяслав Владимирович всячески содействовал распространению книжного просвещения. Сам же был весьма образован и сведущ в науках. До настоящего времени сохранилась принадлежавшая Изяславу печать с княжеским знаком и надписью на древнеславянском языке, скреплявшая одно из его рукописных посланий, адресованных в Новгород.

Отправляя своих сыновей в назначенные им уделы Русской земли, святой равноапостольный Владимир посылал вместе с ними и епископов и повелевал основывать во всех крупных городах епископские кафедры, чтобы «веру православную непорочно держати». В житии святителя Леонтия Ростовского сказано, что в 992 году «…начаша (святой князь Владимир – Ред.) ставити по иным градом епископы: в Новгород, в Полтеск, в Волынскую землю»[5]. Так была учреждена древнейшая в Белой Руси Полоцкая епископская кафедра. Очевидно, тогда же, во время правления князя Изяслава, был построен и деревянный кафедральный собор Святой Софии[6] в Полоцке.

Множество людей, приняв Святое Крещение, отвращалось от идолопоклонства. Стали совершаться службы Живому Богу. Земля Полоцкая украшалась церквами Божиими и обителями иноческими. Уже в конце X века, а возможно, и ранее неподалеку от Полоцка был возведен храм в честь святого Пророка Иоанна Предтечи, о котором упоминается в одной из исландских саг («Саге о крещении»), описывающей события первых времен становления христианства в Полоцке. Герой этой саги, святой Торвальд, крестив исландские земли, посетил Иерусалим и Царьград. Возвращаясь на родину через Киев, он умер неподалеку от Полоцка и был похоронен на горе у храма святого Иоанна Предтечи.

Первая засвидетельствованная в дошедших до нас документах полоцкая церковь – Богородичная «старая». В Лаврентьевской летописи под 1007 годом о ней сказано: «Пренесени святии в Святую Богородицю»[7]. Некоторые историки предполагают, что под словом «святии» летописец подразумевал мощи святых княгини Рогнеды (в монашестве – Анастасии), князя Изяслава и Торвальда. Однако, возможно, что речь шла и о святых иконах, привезенных из Царьграда[8].

Сведений о древнерусском периоде в истории Полоцкой земли, к сожалению, совсем немного. Полоцкая летопись, о существовании которой нашим современникам известно благодаря историку В. Н. Татищеву и его знаменитой книге «История Российская», была утрачена. Один из списков этой летописи, принадлежавший в 30-е годы XVIII века архитектору П. М. Еропкину, также бесследно исчез.

В общерусских летописных сводах упоминается о кончине полоцкого князя Изяслава, последовавшей в 1001 году. Этот князь прожил совсем недолгую жизнь. Он умер в возрасте 25–26 лет. По слову премудрого Соломона, угодна была Господу душа его, поскольку старость не числом лет определяется, но «возраст старости житие нескверное»[9]. Однако князь Изяслав умер на четырнадцать лет ранее своего отца, и по этой причине его потомки утратили право на великокняжеский престол в Киеве. Они приобрели «отчинное» право на прижизненное владение Изяслава – Полоцкую землю. Впоследствии Изяславичи пытались добиться перемены своего положения, неоднократно они воевали с Ярославичами: меч взимали Рогволожи внуци противу Ярославлим внуком[10]. Но всякий раз рвение Изяславичей разбивалось об упорное сопротивление южнорусских князей, пытавшихся, в свою очередь, подчинить себе Полоцкую землю.

Впрочем, сын князя Изяслава Брячислав (1001?–1044) в своей жизни воевал мало. Он продолжал дело, начатое его отцом: заботился о распространении христианского благочестия и книжного просвещения в своем княжестве, строил храмы, сокрушал идолов, уничтожал языческие капища. Однажды, правда, князь Брячислав напал на Новгород, захватил в плен множество жителей, награбил немало сокровищ и двинулся назад к Полоцку. Но на реке Судомири его родной дядя, князь Ярослав Мудрый, настиг его, разбил на голову и отнял всех пленников и добычу. Тем не менее, желая упрочить свое положение на киевском престоле, Ярослав Мудрый не стал преследовать своего племянника, но заключил с ним мир и даже подарил ему два города: Витебск и Усвяты. В Воскресенской летописи об этом сказано так: «И оттоле призва (Ярослав – Ред.) к себе Брячислава, и дав ему два города – Восвячь и Видбеск, и рече ему: “буди же со мною заодин”. И воеваша Брячислав с великым князем Ярославом (вместе – Ред.) вся дни живота своего»[11]. Настолько важен был для князя Ярослава союз с полоцким князем, что он даже отдал ему столь важные в торговом и стратегическом отношениях центры, как Витебск и Усвяты. Приобретение было должным образом оценено полоцким князем, и союз с Киевом им не был нарушен до самой смерти и соблюдался даже сыном его Всеславом до 1060 года.

***

Еще одно последнее сказанье –

И летопись окончена моя,

Исполнен долг, завещанный от Бога

Мне грешному. Недаром многих лет

Свидетелем Господь меня поставил

И книжному искусству вразумил…

Когда-нибудь монах трудолюбивый

Найдет мой труд усердный, безымянный,

Засветит он, как я, свою лампаду –

И, пыль веков от хартий отряхнув,

Правдивые сказанья перепишет,

Да ведают потомки православных

Земли родной минувшую судьбу,

Своих царей великих поминают

За их труды, за славу, за добро –

А за грехи, за темные деянья

Спасителя смиренно умоляют…

А. С. Пушкин. «Борис Годунов»

Источники:

1. Повесть временных лет // Библиотека литературы Древней Руси: в 12 т. СПб., 2004. Т. 1: XI–XII века.

2. ПСРЛ: в 43 т. М., 2001. Т. 1: Лаврентьевская летопись.

3. ПСРЛ: в 43 т. М., 2001. Т. 7: Летопись по Воскресенскому списку.

4. ПСРЛ: в 43 т. М., 2000. Т. 9: Летописный сборник, именуемый Патриаршей или Никоновской летописью.

5. Сапунов, А. П. Исторические судьбы Полоцкой епархии с древнейших времен до половины XIX века (извлечение из V т. Витебской Старины). Витебск, 1889.

6. Селицкий, А. А. Живопись Полоцкой земли. Минск, 1992.

7. Слюнченко, В. Г. Полоцкий Софийский собор: историко-архитектурный очерк. Минск, 1987.

8. Татищев, В. Н. История Российская: в 7 т. М.–Л., 1963.